Work Text:
Ким Тэхену четырнадцать, когда на запястье появляется имя его лучшего друга. Тэхен ухмыляется квадратной улыбкой, дергая рукава свитера до самых кончиков пальцев.
На запястье правой руки витиеватым подчерком выведено имя — Чон Чонгук.
Ким Тэхену шестнадцать, когда Чонгук вваливается в его комнату, рассказывая про имя на руке. И пальцы Тэхена, дрогнувшие к свитеру, останавливается.
Потому что имя соулмейта Чонгука – Пак Чимин.
Пак Чимин оказывается парнем с ангельской улыбкой, который садится к ним за один стол, внедряется в их вечерние часы фильмов, заставляя Тэхена скулить побитой собакой. Чимин правда старается с ним подружиться, только вот Тэхен все его попытки отметает.
Тэхен натягивает рукава, ударяя по пальцам Чонгука, когда тот тянется посмотреть на его метку.
— Мы же друзья, — шепчет со своей обезоруживающей улыбкой. Тэхен качает головой, отодвигая его руки подальше от себя.
Они стараются не пересекаться около недели. С особой виртуозностью получается не сталкиваться в узких коридорах, переполненной столовой. Расписание у них разное, на уроках встретиться не смогут. Избегать Чонгука в школе стало его ежедневной миссией.
Ему бы два года отжить, а потом уехать. Забыть про детскую влюблённость в Чонгука, про мир, где они могут быть соулмейтами. Но он лишь натягивает рукава свитера до кончиков пальцев, задумываясь о лезвии в ванной комнате. Ему бы срезать имя с запястья, открыться Чонгуку и больше не думать о нём. Имя родственной души неприятно жжётся, когда ему преграждает дорогу Мин Юнги.
— Сегодня на улице я увидел мешок с мусором. Сразу вспомнил о тебе.
Ссорится с Мин Юнги, как смысл жизнь. Он не помнит, как и когда это началось. Может, так было всегда? Судьбе было угодно, чтобы они ссорились в полупустых коридорах.
Светлые волосы спрятаны за чёрной шапкой, в губах сигарета, и Тэхену хочется ткнуть его лицом в надпись: «Не курить». Но он лишь отступает в сторону, задевая его плечо своим.
Все как всегда, кажется ему. Но смотреть, как Чонгук улыбается Пак Чимину выше его сил.
Ким Тэхён не курит, не думает о суициде. Но на крыше школы он делает все эти вещи, даже не задумываясь о здоровье. Он привстаёт на носочках, спуская окурок с крыши, вниз. Ему бы самому спрыгнуть за ним следом. Чонгуку будет проще, если у него не будет груза в виде недородственной души.
— Не могу дождаться, чтобы станцевать на твоей могиле. — Тэхен вздрагивает, когда слышит знакомый голос за спиной. Юнги создает некое подобие рупора у рта. — Будешь прыгать, сделай сальто.
Юнги смеётся, когда в ответ получает только средний палец. А потом в руки Тэхена прилетает пачка сигарет. Он переводит взгляд на неё, потом на Юнги и спрыгивает назад, на землю. Ему кажется, что он слышит облегчённый вздох, но Мин только щелкает зажигалкой.
Они пускают в воздух сигаретный дым, прижимаясь спиной к холодному парапету. Юнги молчит, продолжая щелкать зажигалкой. На улице темнеет с невероятной быстротой, когда телефон Тэхена раз за разом принимает сообщения от Чонгука.
— Просто ответь своему парню, — Юнги затягивается, выпуская облако дыма.
— Он не мой парень, — Тэхен прячет телефон в карман, попутно обнажая кожу на запястье. Почему-то, кажется, что Мину довериться можно. Юнги загнанно смеётся, когда имя оказывается прочитанным. — Родственная душа.
Тэхен затягивается, косясь на Мин Юнги. Его бледные пальцы сжимают сигарету, а потом тушат её о собственное запястье с чужим именем. Ким только хмуро улыбается, смотря на метку.
— Твой соулмейт встречается с моим соулмейтом.
Возможно, они поладят.
///
— Ну, привет, человек, который является пустой тратой пространства и времени.
Тэхен закатывает глаза, когда Мин Юнги садится рядом с ним и Чонгуком в столовой. Последний едва уделял другу внимание, посылая раз за разом милые сообщения собственному парню; теперь же удивлённо уставился на Юнги. На последнем все та же черная шапочка, что криво сидит на светлых волосах. Тэхен молча поправляет её.
— Прогуляем физ-ру?
Чонгук удивлённо смотрит на друга, когда тот кивает. Переводит взгляд на недописанное сообщение Чимину, потом на Тэхена и откладывает телефон в сторону. Какого чёрта здесь происходит?
Юнги небрежно дотрагивается до плеча Тэхена, поднимаясь с лавки, а потом уходит. Оставляя за собой запах ментоловых сигарет. Чонгук не знает от чего ему тошно – от запаха или самого Мин Юнги.
— С каких пор ты водишься с ним? — Спрашивает, когда Тэхен поднимается с места.
— С тех, как ты проводишь всё время с Чимином.
Чонгук ответом не доволен.
Тэхену плевать.
Они второй месяц встречаются на крыше школы, раскуривая сигарету за сигаретой. Сначала они молчали, потом Тэхен жаловался на Чонгука; на одноклассников, родителей, жизнь. Каким образом это вылилось в повседневные разговоры ни о чём, они не знали.
— Почему все считают самым быстрым животным гепарда, если первое место у сокола-сапсана?
Тэхен заинтересовано смотрит на Юнги. Он вновь затягивается, пропитывая ментоловым запахом собственную одежду, да и Тэхена. Сам же Ким Тэхён напрочь пропитан Юнги. У него на руке выжженное судьбой имя Чонгука.
В сердце место занимает только Мин Юнги.
В привычку входит слушать его совсем не обидные приветствия, ибо Мин по секрету сообщает, что по-другому не умеет. У него ругательства, как высшая степень привязанности к человеку. Тэхен запоминает. Если когда-нибудь Мин Юнги начнёт вести себя мило, то жди беды.
Юнги тушит сигарету о собственную кожу с именем соулмейта, а потом выкидывает бычок с крыши. Он фыркает, смотря в улыбающееся лицо Ким Тэхёна рядом с собой. Черная шапка снова сидит криво, и Тэхен протягивает руку, поправляя. Юнги фыркает.
— У тебя такое лицо, которое так и просит себя ударить. Или поцеловать.
Тэхен выбирает второй вариант.
Их первый поцелуй со вкусом ментоловых сигар, но обоим чертовски нравится.
///
Они оба ломанные-переломанные. Состоящие из обломков недосказанных фраз, глупых улыбок посланных не тем самым. Разбитые части одной мозаики, которые вместе создают кривой, косой узор.
Чонгук удивлённо смотрит, как Тэхен ластится к Юнги. Последний только шипит, закатывая глаза, но Чонгук видит едва заметную улыбку, когда тот проводит по спутанным волосам рукой. Шапку Мин держит в руках. Они сидят на подоконнике второго этажа, не обращая внимания на прозвеневший звонок, крики учителей, разгоняющих учеников по классам. Его замечают только после седьмого кашлянья.
— И как долго это продолжается?
Тэхен пожимает плечами, шагая с ним нога в ногу. У них физкультура стоит этим уроком, оба не спешат идти. В кармане вибрирует мобильный с новым сообщением Чимина. Прочитать жуть как хочется, но этим он спугнёт только Тэхена. Тот последнее время неправильно тихий, когда разговор заходит о родственных душах.
— Не заставляй меня быть плохим парнем и выбивать из тебя информацию, — шутит Чонгук. Ким Тэхен не улыбается, только брови приподнимает, словно не верит. — Он твой соулмейт?
— Нет.
Одно слово. Ответ, который Чонгука совсем не удовлетворяет. В его понимании родственные души нечто возвышенное, правильное. В историях матери родственные души всегда вместе, смогут пережить любое испытание. Смысл встречаться с кем-то, когда есть тот, кто предназначен тебе судьбой?
Чонгук пожимает плечами.
Разговор окончен. Метка, скрытая свитером всё ещё обжигает Ким Тэхена.
///
— Как ты только уживаешься с самим собой?
Тэхен морщится, когда Юнги в ответ только смеётся. Они спорят по поводу свитера с оленями, который натянул Ким, а потом пытался заставить Юнги купить такой же. Те ведут себя как типичная парочка. И Чон не знает радоваться ему или же ревновать.
— Долгие годы тренировок.
Чонгук закатывает глаза, вешая игрушку на ёлку. Когда Тэхен пригласил его наряжать дом, то пришлось смириться с вечным присутствием Мин Юнги в их жизни. И когда дружеские посиделки могли превратиться в один плюс один, где Чонгук третий лишний? Он отворачивается к ёлке, когда Тэхен уходит на кухню, лишь бы не видеть прожигающего взгляда Юнги.
Он уверен, что Мин Юнги его ненавидит.
— Ну и какие у тебя ко мне претензии?
Мин пожимает плечами, внимательно смотря на него. Чонгуку под этим взглядом неуютно. Он чувствует себя загнанным в клетку зайцем, где Юнги не особо приветливый хищник. Лиса, точнее.
— Просто пытаюсь понять, что такого он в тебе нашёл. Кроме метки, конечно.
Чонгук удивлённо смотрит на Юнги, на игрушку в руках, а потом на смущённое лицо Тэхена в дверях. У того в руках кружка с горячим шоколадом.
— Ненавижу тебя, — чеканит Тэхен, смотря на Юнги. Тот пожимает плечами, вставая с дивана. С улыбкой хлопает его по плечу и уходит, напоследок бросая нечто вроде «увидимся в аду».
Они сидят в полной тишине. Чонгук неловко вешает ещё одну игрушку на ёлку, когда Тэхен показывает своё запястье. Собственное имя, выжженное на чужой коже, очаровывает. Надпись не такая, как у Чимина. Мельче, витиеватей. Полностью пропитанная Тэхеном.
Чонгук трёт собственное запястье. Это не изменяет того факта, что у него имя Чимина и на руке, и в сердце.
— Прости.
— Неважно. — Решает Тэхён, отбирая игрушку в форме кролика. — Рождество на носу. Нам надо ёлку наряжать.
Чонгук улыбается, когда улыбается его друг. Никакой недосказанности. Только он и Тэхен, прикрывающий запястье свитером.
///
Крыша оказывается припорошённой снегом, когда Тэхён делает шаг вперёд. Юнги сидит на парапете спиной к нему, свесив ноги в пропасть. Он присаживается рядом, вырывая из рук Юнги сигарету. Невероятно то, что тот позволяет ему это сделать.
— Ты - больная сволочь, знаешь это?
— Удивил так удивил. — Шипит Юнги, смотря как Тэхен выкуривает его сигарету. Косвенный поцелуй, как говорится.
Тишина кажется уютной после недели совершенной тишины. Только они, ментоловый запах сигарет и ледяной ветер. Тэхен в одном бежевом свитере, на что Юнги хмурится, обзывает придурком, а потом накидывает на него собственную куртку. Тэхен укладывает голову ему на плечо.
Он игнорирует тот факт, что Юнги больше не тушит сигареты об имя родственной души.
На студенческой вечеринке, как всегда шумно; толпа людей, дергающаяся в беспорядочном танце. Он видит в углу Чимина и Юнги, что небрежно прислонился к косяку. Те же светлые пряди, черная шапочка, которую Тэхен так и хочет поправить. Чимин смущенно улыбается, положив руку на плечо Юнги. Так и выглядят счастливые соулмейты, да? Тэхен прикрывает глаза от яркого света, когда на него наваливается Чонгук.
У того в руках пустой стакан, а разит как от вино-водочного завода. Тэхен стучит пальцами по его плечам, здороваясь. Чонгук улыбается заячьей улыбкой, а потом целует.
Метка на запястье горит огнём, а у Тэхена перед глазами только раздосадованное лицо Чимина и Юнги, цокающий языком от недовольства. Чонгук отстраняется слишком быстро, облизывает губы, а потом глаза расширяются от удивления. Они не в дешевой комедии. Но метка продолжает жечь, когда Тэхен оттягивает края свитера назад.
Невозможно.
Чонгук только извиняется, замечая метку, а потом выискивает в толпе макушку Чимина.
Когда они успели так облажаться?
///
Тэхен стоит напротив двери в квартиру Юнги, вновь и вновь нажимая на дверной звонок. Он слышит копошение за дверью, а потом стучит раз за разом. Сотни не отвеченных сообщений. Те словно испарились после вечеринки. Он помнит, как Чонгук невзначай говорил, что Пак и Юнги снимают квартиру вместе. Однажды, провожал Юнги до дома. С адресом не ошибся он точно.
Когда дверь открывается, то Тэхен видит уставшее лицо Чимина. В груди неприятно гложет, когда за его спиной появляется Юнги, скрещивающий руки на груди. Пак оглядывается, делает глубокий вдох, а потом пропускает Тэхена в комнату.
Юнги не глядя уходит, и Ким Тэхен воспринимает это как приглашение. Только вот если бы Чимин мог испепелить взглядом, то Тэхен давно бы уже был мёртв.
В комнате бардак полнейший. Не заправленная кровать, разбросанные по всей комнате учебники и одежда. И запах ментоловых сигарет в воздухе. Тэхен делает вздох, оставаясь стоять, пока Юнги неловко усаживается за письменный стол.
И дергает за край растянутого свитера.
— И давно у тебя метка поменялась? — Не церемонясь спрашивает, смотря в расширяющиеся от удивления карие глаза.
Тэхен делает шаг вперёд, неловко присаживаясь на колени перед Юнги. Тянется и, не находя сопротивления, оттягивает край свитера. Видеть собственное имя на чужой руке, где недавно сияло совершенно другое, непривычно, странно. В груди поселяется тепло, может бабочки ожили? Тэхен облизывает пересохшие губы, проводя пальцем по написанному.
— Ненавижу тебя, — Юнги тянется к его запястью.
И целует.
Bonus:
— Обязательно было его целовать? — Чимин откладывает телефон в сторону, дотрагиваясь холодными пальцами до горячей кружки.
Чонгук закатывает глаза.
— Главное, что это сработало.
Пак пожимает плечами, сворачивая сообщение Юнги с просьбой не приходить сегодня к ним домой. А так хотелось.
— А если бы не сработало? — Беззаботно тянет Чимин.
Чон пожимает плечами, вырывая из рук Чимина кружку, а потом отпивает кофе. Морщится, отчего Пак только смеётся.
— Спроси у вселенной. — Беззаботно отвечает Чонгук. — Она же распределяет соулмейтов.
Он бросает быстрый взгляд в сторону телефона, а потом ехидно улыбается, переплетая их пальцы.
— Думаю, сегодня ты ночуешь у меня.