Work Text:
К идее приезда группы журналистов персонал Клеповской сельской больницы отнёсся точно так же, как и ко всем прочим идеям начальства – с затаённой тоской и тайным отвращением.
Впрочем, решение принадлежало не заведующему, поэтому при всём желании повлиять на это никто не мог бы.
Хотя к Феде подходили с робкими надеждами: мол, может, загрызёшь всю группу, и дело с концом? Упырь возмущённо (в основном от того, что всю ответственность от содеянного предполагалось взять на себя) отказывался, и просящий шелестел что да, конечно, уголовно наказуемо, это мы так, в шутку...
Саму больницу, впрочем, приходилось убирать куда как не на шутку. Самых гнойных больных запихали подальше, самых пропитых - выписали несмотря на все возмущения, детей отмыли от ягод, за которыми они бегали в окружающий больницу лес, полы заново натёрли мастикой, а побелку перебелили.
Больница засияла неестественным порядком, корежащим и без того вымотанный персонал сильнее удара крестом по затылку.
И вот наконец день настал.
Как Федька не прятался по приёмным покоям и ночным сменам, его всё же выцарапали и извлекли под зоркие очи журналистов.
– Скажите, Федор Степанович, – вдохновенно начала журналистка. – Как вашей больнице удаётся справляться с типичным для сельской местности нехваткой персонала, оборудования, лекарств?
Фельдшер посмотрел на сытую, круглую, довольную журналистку без следа усталости и явно абсолютно довольную своей работой, и на ум ему пришли мудрые слова его деда-моряка.
"Да ебись оно все сраным проебом, пиздобратия мандопроушечная, уебище залупоглазое, дрочепиздище хуеголовое, пробиздоблядская мандопроушина, гнидопаскудная хуемандовина, ах ты, блядь семитаборная, чтоб тебя всем столыпином харили, охуевшее блядепиздопроёбище, чтоб ты хуем поперхнулся, долбоебическая пиздорвань, хуй тебе в глотку через анальный проход, распизди тебя тройным перебором через вторичный переёб, пиздоблятское хуепиздрическое мудовафлоебище, сосущее километры трипперных членов, трихломидозопиздоеблохуеблядеперепиздическая спермоблевотина, гондон с гонореей..." – подумал Федя, а вслух сказал:
– С божьей помощью.